Неделя вышла показательной сразу на трёх направлениях - украинском, ближневосточном и дальневосточном. Лондон грозит перехватывать танкеры, не имея для этого кораблей. Вашингтон объявляет себя хозяином Ормузского пролива, который на деле открывают без его участия. Токио протестует против визита президента России на Курилы, заранее зная, что протест ничего не изменит. Знаменатель один: где раньше хватало деклараций, теперь нужна реальная сила, а вот её-то коллективному Западу начинает уже не хватать.
Псы лают вслед караванам
Министр иностранных дел Сергей Лавров 14 августа обозначил вектор: Москва будет действовать значительно жёстче для разрушения того, что подпитывает военную машину Киева со стороны Запада. «Мы не опустимся до методов Украины, но свои собственные методы сделаем гораздо более жёсткими... Мы это уже делаем. Они уже начинают стонать», - заявил министр, добавив, что остановка боевых действий по нынешней линии соприкосновения Москву не устраивает: речь может идти только о долгосрочном урегулировании.
Двумя днями раньше свою рамку обозначил Дмитрий Медведев - поводом стали захват итальянским спецназом «теневого» танкера и практика задержаний, которую применяет Лондон. Замглавы Совбеза России напомнил, что большинство западноевропейских судов ходит под теми же «удобными флагами», что и российские, а правовых оснований для ареста таких судов нет ни по конвенции ООН, ни по национальному праву. Вывод - без экивоков: «Россия вправе атаковать любое торговое судно вражеских стран... при наличии достаточных подозрений, что оно перевозит груз в интересах противника», причём симметричный ответ может выйти далеко за пределы Черноморского бассейна.
И здесь обнажается проблема Лондона: лаять он может сколько угодно, а кусать-то особо нечем. Британская The Telegraph на этой неделе честно признала: королевский флот столкнулся с нехваткой фрегатов и эсминцев и не способен одновременно защищать судоходство и прикрывать собственное побережье. Экс-командующий ВМС адмирал Алан Уэст напомнил, что интересы Британии в Индийском океане сейчас представляют всего два патрульных корабля - вместо четырёх-пяти тридцать лет назад, а все пять атомных подлодок ждут ремонта. Ещё прошлый британский премьер Кир Стармер разрешил военным задерживать суда «теневого флота», и теперь Лондон открыто ждёт ответа Москвы, отражать который попросту нет ресурсов. Пока Лондон и Брюссель соревнуются в заявлениях о «сдерживании», реальный баланс сил складывается не в их пользу.
Ту же схему - риторика вместо реальных возможностей - на этой неделе продемонстрировал Дональд Трамп. 12 августа президент США объявил, что Америка полностью контролирует Ормузский пролив, а два дня спустя пошёл дальше: «Я довольно скоро объявлю Ормузский пролив территорией Соединённых Штатов. По сути, так оно уже и есть. У нас блокада, ни одно судно не проходит, если только мы этого не хотим». Министр финансов Скотт Бессент пообещал «невиданные ранее» меры изоляции Ирана, а глава Пентагона Пит Хегсет заверил, что флот способен держать блокаду сколько потребуется.
Реальность движется в обратном направлении: пролив действительно готов открыться - но откроют его Иран и Оман, а не Вашингтон. Ещё 5 августа стороны согласовали параметры временного маршрута - суда входят через иранские воды, выходят через оманские, причём первое время плата взиматься не будет: ровно для того, чтобы Белый дом мог объявить это своей победой. Иранский КСИР продолжает заявлять, что ни одно судно не пересечёт пролив без разрешения Тегерана, а секретарь Высшего совета безопасности Ирана генерал Мохсен Резаи - фактический главнокомандующий при новом верховном лидере - обозначил условия реальной сделки: прекращение войны и блокады, разморозка активов, всеобщее перемирие, включающее Ливан и Газу. Шансы, что Трамп их примет, стремятся к нулю.
А тем временем в Баб-эль-Мандебском проливе обстановка лишь обостряется. С 20 июля хуситы держат в блокаде Саудовскую Аравию по принципу «осада за осаду» и атаковали восемь судов, включая танкеры Wafa и NCC Ghazal; 11 августа удар по сухогрузу Tihamah унёс шесть жизней. Одновременно американцы бьют по судам, нарушающим блокаду иранских портов, - к 11 августа CENTCOM перенаправил уже 55 таких судов. Получаются клещи: Saudi Aramco переориентирует экспорт на Красное море в обход Ормуза, но и оно под ударом. Судоходство зажато между блокадой одного пролива и войной у другого.
Третье событие недели по смыслу укладывается в ту же логику демонстрации реальной, а не декларируемой силы. 12-13 августа Владимир Путин впервые посетил Курильские острова - до него из первых лиц там пять раз бывал Дмитрий Медведев на постах президента и премьера, и однажды, в 2021-м, Итуруп посещал Михаил Мишустин. Накануне визита Путин наблюдал с борта крейсера «Варяг» за завершающей стадией учений Тихоокеанского флота. Командующий ТОФ Виктор Лиина доложил, что флот располагает всеми силами для задержания судов недружественных стран в зоне ответственности: с 24 апреля по 6 августа вдоль Южно-Курильской гряды прошло 1001 судно, свыше 370 - под флагами недружественных государств. Комментируя территориальный вопрос, Владимир Путин напомнил, что у России были конструктивные отношения с бывшим премьером Абэ и что именно Токио отошёл от условий декларации 1950-х, открывавшей путь к мирному договору.
Реакция Токио оказалась предсказуемо болезненной. Премьер Санаэ Такаити назвала визит «абсолютно неприемлемым», заявив, что архипелаг «исторически и юридически» принадлежит Японии, а МИД Японии выразил «решительный протест» и вызвал российского посла. Мария Захарова назвала претензии Токио необоснованными и юридически ничтожными, напомнив, что южные Курилы перешли к СССР по итогам войны согласно решениям Ялтинской конференции. Медведев высказался жёстче, назвав Курилы землёй, которая «была, есть и будет российской», и пообещав «тяжёлые последствия» тем, кто оспаривает их принадлежность.
Показательна и реакция союзников Токио. Посол США в Японии Джордж Гласс заявил, что Вашингтон «остаётся непоколебимым» в признании японского суверенитета над «Северными территориями» - то есть, расписался в готовности подпитывать спор словами, но не делом. Весомее позиция Пекина: представитель МИД КНР Го Цзякунь призвал Японию соблюдать международный порядок, установленный Каирской и Потсдамской декларациями, - сигнал, адресованный не только Токио.
Глава международного комитета Совфеда Григорий Карасин отметил, что Япония обостряет вопрос без всякой пользы для себя, а «территория Российской Федерации остаётся незыблемой».
Итог недели укладывается в одну простую формулу. Британия грозит перехватами, не имея кораблей. Вашингтон объявляет себя владельцем пролива, который открывают без него. Токио протестует против визита, изменить последствия которого не в силах. Всякий раз, когда риторика перестаёт совпадать с реальными возможностями, разрыв заполняет тот, у кого хватает решимости и ресурсов, - и на этой неделе таким игроком вновь оказалась Россия.
