На учебном судне «Перекоп» они идут маршрутом, которым покидала Россию эскадра Черноморского флота в далёком и кровавом 1920-м.
Движение назадЭто и своеобразная реконструкция, и дань памяти. «Перекоп», на борту которого 160 членов экипажа и 240 курсантов Военно-морского политехнического института, зашёл в Севастополь, где простоял до 9 декабря. Курсанты ВМИП Черноморского высшего военно-морского училища им. П. С. Нахимова (ЧВВМУ) и филиала Нахимовского ВМУ-Севастопольского президентского кадетского училища после совместного построения на Графской пристани возложили венки и цветы к мемориальной доске «В память о соотечественниках, вынужденных покинуть Родину в ноябре 1920 года» и к Вечному огню у Мемориала в честь защитников Севастополя 1941-1942 годов.
Затем в севастопольском ДОФе открылись фотовыставки «Судьба Русской эскадры: корабли и люди» и «Последние гардемарины», посвященные событиям исхода и жизни соотечественников за пределами России.
За время стоянки на главной базе ЧФ курсанты ВМПИ посетили музей Черноморского флота, Морскую библиотеку им. П.М. Лазарева, Владимирский собор – усыпальницу адмиралов и мемориальный комплекс «35-я береговая батарея».
В тунисскую Бизерту, ставшую последним осколком «той» России для офицеров белой гвардии, «Перекоп» прибыл 14 декабря. Как рассказал центральным СМИ командир корабля, капитан второго ранга Роман Пахомов, в их планы входит отдать воинские почести, привести в порядок кладбище, где захоронены наши соотечественники. А ещё пообщаться с воспитанниками морской школы ВМС Туниса. Эту встречу организовал Российско-Тунисский деловой совет в преддверии 100-летия Русского исхода – эвакуации белой армии и флота из портов Крыма.
Потом «Перекоп» вернется в основной пункт базирования – Кронштадт. В этом возвращении и состоит главное отличие этого посещения Бизерты. Ведь тех русских, что покидали Крым в 1920-м, Родина назад не ждала.
Безысходность исходаИз Приказа правителя Юга России и главнокомандующего Русской армией. 29 октября (с.с.) 1920 г . Севастополь:
«Русские люди! Оставшаяся одна в борьбе с насильниками, Русская армия ведет неравный бой, защищая последний клочок русской земли, где существует право и правда. В сознании лежащей на мне ответственности я обязан заблаговременно предвидеть все случайности. По моему приказанию уже приступлено к эвакуации и посадке на суда в портах Крыма всех, кто разделял с армией ее крестный путь, семей военнослужащих, чинов гражданского ведомства с их семьями, и отдельных лиц, которым могла бы грозить опасность в случае прихода врага. Армия прикроет посадку, памятуя, что необходимые для ее эвакуации суда также стоят в полной готовности в портах, согласно установленному расписанию. Для выполнения долга перед армией и населением сделано всё, что в пределах сил человеческих. Дальнейшие наши пути полны неизвестности. Другой земли, кроме Крыма, у нас нет. Нет и государственной казны. Откровенно, как всегда, предупреждаю всех о том, что их ожидает. Да ниспошлет Господь всем силы и разума одолеть и пережить русское лихолетье. Генерал Врангель».
По распоряжению Врангеля суда были подготовлены в Севастополе, Феодосии, Ялте, Керчи, Евпатории. Изначально предполагалось эвакуировать около 70-75 тыс. человек. По факту удалось эвакуировать с полуострова 145 693 человека (из них около 5000 раненых и больных). Из страны было вывезено: до 15 тысяч казаков, 12 тысяч офицеров, 4-5 тысяч солдат регулярных частей, более 30 тысяч офицеров и чиновников тыловых частей, 10 тысяч юнкеров.
Не исполнившееся новогоднее желаниеПереход Русской эскадры в Бизерту происходил в период с 8 декабря 1920 года по февраль 1921 года. Первым в Бизертский порт вошел пассажирский пароход «Великий князь Константин». На борту, кроме команды, было множество гражданских беженцев, в том числе и историк Кноринг. Он вспоминал: «Рано утром мы входили в Бизерту. Прошли каналом, который соединяет большое внутреннее озеро с морем. Справа развернулась пальмовая аллея перед пляжем. Вокзал с башней в мавританском стиле. Вдали казармы, тоже восточные по виду. Перед нами развертывался городок чистый, живописный. Вместе с любопытством рождался вопрос: что будет с нами?»
Особенно торжественно в Бизерте отмечали приход флагманского старого трехтрубного крейсера «Генерал Корнилов». Это был тот самый «Очаков», с которого в далеком 1905 году руководил Севастопольским революционным восстанием лейтенант Шмидт (об этом «КТ» писал в №№ 553, 554 от 8 и 15 ноября 2019 года). Командующий эскадрой адмирал Кедров со своим штабом стоял на мостике крейсера и приветствовал каждое русское судно, уже стоявшее в порту.
К 29 декабря все суда, покинувшие Константинополь с первым конвоем, были в Бизерте. Люди радовались, что уцелели, и очень надеялись вскоре вернуться в ту Россию, которую знали и в которую верили. Желание о скорой встрече с родной землёй все они загадали, встречая Новый, 1921 год.
Но желанию этому не суждено было сбыться…
К середине февраля 1921 года в тунисский порт Бизерта прибыла вся эскадра – 33 корабля, включая два линкора «Генерал Алексеев» и «Георгий Победоносец», вспомогательный крейсер «Алмаз», 10 эскадренных миноносцев, четыре подводные лодки и еще 14 кораблей меньшего водоизмещения, а также корпус недостроенного танкера «Баку». И теперь эти люди загадывали то самое заветное желание. С надеждой в сердце они встречали 1922-й, а потом 1923-й и 1924-й. В октябре 1924 года стало понятно, что войти в одну реку дважды на самом деле не судьба, на судах русской эскадры был спущен Андреевский флаг.
Ефимия СКИДЕЛЬСКАЯ
Фото Архив КТ
Материал опубликован в газете «Крымский ТелеграфЪ» № 559 от 20 декабря 2019 года
